Здравствуйте. Вся информация этого сайта бесплатна без рекламы. Вы можете сделать пожертвование и поддержать развитие этого сайта. Спасибо.

Hello. This site is free without ads. You can make a donation and support the development of this site. Thank you.

2016-04-24 13:05:00

ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ РЫНОЧНЫЕ ФАКТОРЫ

ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ РЫНОЧНЫЕ ФАКТОРЫ

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью газете "РБК-Daily" рассказал об итогах переговоров в Дохе, взаимоотношениях России с ОПЕК и перспективах развития мировой нефтяной отрасли.

— Не считаете ли вы, что результаты переговоров о заморозке добычи нефти изначально были предрешены из-за разногласий Садовской Аравии и Ирана?

— Изначально мы исходили из того, что у нас существует общая позиция — к соглашению, которое инициировали четыре страны (Россия, Саудовская Аравия, Венесуэла и Катар — РБК) в феврале, присоединяются крупные экспортеры. Помимо нас (четырех стран инициаторов) еще 14 стран заявило о желании поучаствовать в таком соглашении. Буквально на следующей день после подписания предварительного соглашения в Дохе 16 февраля, мы уже понимали, что Иран не будет участвовать в этой сделке. 17 февраля в Иран полетела делегация — министры Венесуэлы, Катара и Ирака встречались в Тегеране с министром [нефти Бижаном] Зангане. Иранцы сразу сказали, что пока не нарастят объемы добычи хотя бы до досанкционного уровня, они не будут подписывать соглашение. Они объявили, что будут готовы к нему присоединиться когда начнут добывать 4 млн баррелей в сутки. Мне кажется, это было бы хорошим компромиссом — лучше позже присоединиться, чем вообще не участвовать в сделке.

Поэтому накануне встречи в Дохе [17 апреля] мы были вполне уверены в том, что министры 18 стран приедут для того, чтобы закрепить предварительные договоренности соответствующим документом. Оставалась вероятность того, что сделка может не состояться, но, на мой взгляд, она была минимальной. Иначе не было бы смысла лететь, мы могли продолжить консультации и в телефонном режиме.

— Как вы думаете, почему Саудовская Аравия в последний момент изменила свою позицию?

— Мне трудно за них отвечать, не исключено, что политические факторы сыграли свою роль. Однако цена должна отражать баланс интересов между производителями и потребителями нефти, сейчас наблюдается перекос в сторону потребителей. В восстановлении баланса заинтересованы все страны-экспортеры, это подтвердила и встреча в Дохе 17 апреля. Все участники были согласны с необходимостью заморозки, не договорились по ее условиям. Большинство стран считало, что нет необходимости привлекать всех производителей для участия в этом соглашении. «Критической массы», при которой можно принимать решение, было достаточно. Общий объем добычи стран, которые собрались, составляет 46 млн баррелей в сутки — почти половина мировой добычи, а среди стран-экспортеров — 75% (некоторые крупные производители нефти продолжают ее импортировать, например США — РБК). Впервые вместе собрались и страны ОПЕК — 11 из 13 членов, и семь стран, не входящих в ОПЕК. Всего 18 крупных экспортеров. Куда еще больше? Конечно, можно поставить себе задачу договориться только при 100% поддержке, но это нереально.

Позиция [Саудовской Аравии о необходимости присоединения Ирана и других экспортеров] нас немного удивила. Накануне, до начала заседания в воскресение, Саудовской Аравией, Венесуэлой, Катаром и нами был согласован и завизирован текст самого соглашения. Новые условия были выдвинуты саудитами за полчаса до встречи.

— Есть ли шанс, что страны ОПЕК договорятся между собой до июньского саммита? И не потерял ли ОПЕК свою роль регулятора на мировом нефтяном рынке?

— Я этот вопрос не зря задавал министру нефти и горной промышленности Венесуэлы Эулохио дель Пино в ходе Национального нефтегазового форума [в среду, 20 апреля], потому что мы видим, что договоренности внутри ОПЕК не соблюдаются, квоты превышаются. ОПЕК не предпринимает никаких действий. В отличие от предыдущих десятилетий, сегодня ОПЕК никак не влияет на нефтяные рынки. Например, Саудовская Аравия повышает объем добычи. Она может это делать и вне ОПЕК, проводя свою политику. Напрашивается вопрос — в чем функция картеля?

Я понимаю, что по сравнению с 2008 годом ситуация изменилась, и у ОПЕК нет такого влияния на мировые рынки. Появились технологии добычи сланцевой нефти в промышленном масштабе, и страны-импортеры, которые раньше покупали нефть и сами добывали мало, например США, стали существенно наращивать собственную добычу, тем самым снижая спрос на покупку нефти. А экспортеры не имеют никакого влияния на такие страны и не могут с ними договориться: интересы абсолютно разные.

Раньше любая координация действий внутри ОПЕК и снижение квот существенно влияла на предложение экспортеров и балансировала рынок. Сейчас же, наоборот, при повышении цены в активную фазу вступают игроки-импортеры, как, например, производители сланцевой нефти. В этом случае действия стран-экспортеров становятся бессмысленными: опять предложение превышает спрос, цена падает и так далее.

Вариант февральского соглашения о неувеличении предложения нефти — наиболее мягкий и компромиссный. Он предполагает не сокращение, а ограничение предложения по нефти. Эта вилка [между спросом и предложением] все равно сокращается за счет роста спроса и неувеличения предложения.

— Если значимость ОПЕК снижается, а спрос на нефть растет, есть ли смысл сейчас о чем-либо договариваться?

— Смысл был договариваться в феврале, есть он и в апреле. Но, действительно, чем больше времени проходит, тем более значимыми становятся фундаментальные рыночные факторы. За счет снижения инвестиций в отрасль в результате низких цен предложение будет снижаться. Мы видим, что только за последние два года мейджоры существенно подсократили свои инвестиционные программы, общее недофинансирование отрасли составляет около $400 млрд. Наблюдается падение добычи сланцевой нефти в США уже больше чем на 500 тыс. баррелей с пиковых величин — сейчас они добывают меньше 9 млн баррелей в сутки. Это все будет влиять на то, что при росте спроса предложение будет снижаться, рынок все равно выровняется.

Таким образом, заморозка имеет смысл в течение ближайших трех-шести месяцев. А если мы говорим о более поздних сроках, это уже становится менее целесообразным.

— А что для России означает неудача переговоров в Дохе?

— Последние полтора года у нас была позиция, что рынок сам выровняет ситуацию. Когда мы встретились в феврале, ситуация была экстраординарной (в конце января цены падали до минимальных $27), необходимо было предпринять какие-то совместные шаги. Сейчас цена боле-менее нормальная, рыночные фундаментальные факторы продолжают работать.

Нужно спокойно относиться к тому, что пока договоренности по заморозке не достигнуты. Мы не считаем переговоры в Дохе какой-то неудачей. Был шанс, который могли использовать страны, чтобы несколько подсократить эти сроки. Не получилось, но трагедии делать не стоит. С точки зрения конкурентоспособности и планов компаний, нас абсолютно устраивает механизмы формирования цены на основе рыночных факторов.

— С российскими нефтяными компаниями не собираетесь встречаться по итогам Дохи?

— Да, я думаю, что мы, безусловно, обсудим текущую ситуацию и встретимся с руководителями компаний. Хотя мы и так общаемся с ними в постоянном режиме.

— На этой встрече будут даваться какие-то установки и обсуждаться возможность увеличения добычи, раз заморозка не удалась?

— У нас никто никогда никому никаких установок не дает. У нас рыночная отрасль, и все компании сами принимают решения на основе действующего законодательства. Консультации носят рекомендательный характер, их основная задача — совместно оценить ситуацию. Министерство энергетики занимается только нормативно-правовым регулированием.

— Как вы думаете, возможно ли увеличение добычи в России по сравнению с предыдущим прогнозом — 537–540 млн т?

— В целом, у наших компаний есть возможности еще больше увеличить добычу. Как они будут распоряжаться своими ресурсами и реализовывать свои инвестпрограммы, каждый решает самостоятельно. Мы в принципе исходили из того, что непревышение уровня января не наносит ущерб ни одной компании. А внутри получается, что некоторые компании в условиях низких цен снижают объемы добычи, а некоторые из-за инерционного эффекта от ранее запущенных инвестпрограмм вводят новые месторождения и увеличивают добычу. В любом случае, мы ожидаем, что до конца года мы прирастем к уровню 2015 года. Прогноз не меняем, мы не были привязаны к Дохе, для нас это некритично.

— А цену на нефть какую ожидаете?

— Я ожидаю, что во втором полугодии будет между $40 и $50, возможно, что к концу второго полугодия выйдем к $50. Но средняя цена по году с учетом того, что в первом полугодии цена было довольно низкой, будет $40-45.

– Если отвлечься от ОПЕК, 19 апреля Минэнерго должно было представить в правительство свою позицию по доступу независимых производителей газа к газопроводу «Сила Сибири», который строит «Газпром». В чем ваша позиция?

— Позицию мы уже направили, мы ее не меняем. На наш взгляд, должен оставаться единый экспортер, единый переговорщик, особенно с учетом того, что спрос на природный газ в Китае меняется, и поставки вне рамок «единого экспортного канала» могут привести к существенной недооценке российского газа и даже пересмотру цен в сторону понижения по уже заключенным контрактам. Мы также считаем, что экспортер должен покупать газ не по внутренней цене, формируемой ФАС, а по цене на уровне нетбэка, возможно, с небольшим дисконтом, чтобы дать возможность компаниям иметь определенную экономическую эффективность от реализации инвестпроектов. Сейчас этот вопрос менее актуален: цены на внутреннем и на внешних рынках выровнялись при падении мировых. Возвращаться к обсуждению возможности изменения подходов к экспорту трубопроводного газа в восточном направлении целесообразно не раньше, чем будут зафиксированы договоренности о поставках газа в КНР по Западному маршруту.

minenergo.gov.ru

-----

Больше: 

РОССИЯ ПРОДОЛЖИТ 

РОССИЯ АБСОЛЮТНО КОНКУРЕНТОСПОСОБНА 

РОСТ СПРОСА: 1 МБД 

ОСНОВНАЯ ЦЕЛЬ - КОНСОЛИДАЦИЯ 

БОЛЬШЕ РУССКОЙ НЕФТИ 

СОТРУДНИЧЕСТВО РОССИИ И БРИТАНИИ 

ПОЗИТИВНЫЙ СЕВЕРНЫЙ ПОТОК

 

 

Tags: РОССИЯ, НЕФТЬ, ЦЕНА

Chronicle:

ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ РЫНОЧНЫЕ ФАКТОРЫ
November, 15, 15:25:00

OIL PRICE: ABOVE $61 AGAIN

REUTERS - Brent crude futures LCOc1 were down 72 cents at $61.49 per barrel at 1020 GMT, having fallen by 1.5 percent on Tuesday, its largest one-day drop in a month. U.S. West Texas Intermediate (WTI) crude CLc1 was at $55.12 per barrel, down 58 cents.

ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ РЫНОЧНЫЕ ФАКТОРЫ
November, 15, 15:20:00

IEA COOLS THE MARKET

BLOOMBERG - Prices dropped during the session as the International Energy Agency said the recent recovery in oil prices, coupled with milder-than-normal winter weather, is slowing demand growth. The worsening outlook for consumption dampened some of the enthusiasm that OPEC and its allies will extend supply curbs.

ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ РЫНОЧНЫЕ ФАКТОРЫ
November, 15, 15:15:00

IEA: GLOBAL ENERGY DEMAND UP BY 30%

Global energy needs rise more slowly than in the past but still expand by 30% between today and 2040. This is the equivalent of adding another China and India to today’s global demand.

ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ РЫНОЧНЫЕ ФАКТОРЫ
November, 15, 15:10:00

RUSSIA'S OIL EXPORTS UP

Product exports have grown significantly over the past several years and are expected to continue to grow as Russian refineries add capacity to produce more high-quality products.

All Publications »
Exchange Rates
Date: 00:00 00:00
USD 0.00 0.00
EUR 0.00 0.00
GBP 0.00 0.00
UAH 0.00 0.00
ADR bid ask
GAZPROM 0.000.00
LUKOIL 0.00 0.00
ROSNEFT 0.00 0.00
SURGUTNEFTEGAZ 0.000.00
TATNEFT0.00 0.00